Стенограмма с пресс-конференции директора ФССП России для кировских журналистов

14 января 2012

 

 

 Какие у вас  появились новые технологии для граждан и упрощения работы самой Службы?

 

– Ну конечно, мы серьезно работаем в плане упрощения информирования граждан о долгах, их уплате, открытости в целом нашего ведомства для граждан, юридических лиц. Все это идет в рамках внедрения соответствующих информационных технологий.

 

В первую очередь мы говорим о появлении новых информационных ресурсов на нашем сайте. Конечно, это пока еще, скажем так, система в развитии, в ближайшее время на сайте должен появиться уже несколько в ином интерфейсе специальный реестр исполнительных производств. Функционал уже сегодня есть, но будет приведен в более понятный для граждан информативный вариант, то есть где будет содержаться информация обо всех исполнительных производствах, которые возбуждаются в Службе судебных приставов с определенной информацией в отношении должника в соответствии с законом «Об исполнительном производстве». Он позволяет сегодня часть этой информации публиковать в открытом режиме – фамилию, имя, отчество, номер исполнительного производства и ряд некоторых иных данных, информацию об отделе судебных приставов. Эта информация корреспондируется с той информацией, которая размещается на сайтах судов, с теми решениями, которые в конечном итоге становятся предметом исполнительного производства. Поэтому здесь сразу нужно понимать, что это информация уже находится в открытом доступе в рамках публичных судебных решений. Естественно, никаких проблем с юридической точки зрения ее дальнейшим размещением в открытом пространстве нет, потому что она уже фигурирует в интернет пространстве только немного в другом преломлении.

 

Сейчас заключено соответствующее соглашение с разработчиком сайта, чтобы сделать более понятным и удобным интерфейс и соответствующие пояснительные записи, может быть даже там появятся определенные юридические толкования некоторых проблем. Сама юрисдикция сайта будет мотивирована. Мы хотим дать там справку по международному опыту использования таких же ресурсов, чтобы, как говорится, вы понимали, что это не просто там российский ноу-хау, а нормальная процедура, которая применяется в европейских странах. Где-то может быть за деньги. Но у нас в бесплатном варианте в открытом доступе можно соответствующую информацию получить. Поэтому мне кажется, что это очень важно, потому что сейчас наверно должны где-то снизиться по градусу дискуссии с точки зрения применения каких-то мер ограничительных в отношении должников, в том числе связанных с задержанием на границе. Потому что сегодня надо понимать, если находишься в этом ресурсе, – во-первых, попадать туда конечно не надо, нужно как-то все-таки стараться и оплачивать штрафы вовремя и налоги и обязательства судебные. Но если попали, по крайней мере, понимать, что процедуру нужно как-то регулировать. И там самое главное, что дается соответствующий контактный телефон, можно какую-то информацию уточнить, можно какие-то вопросы обсудить с приставом. Ну и самое главное, что есть еще портал госуслуг, где через соответствующий идентификационный номер можно будет выйти уже непосредственно в электронный вариант исполнительного производства и посмотреть, скажем, саму динамику исполнительного производства с конкретными процессуальными решениями. Ну я сразу продолжу, что следующий ресурс, а также сайт предполагает возможность электронной, причем безкомиссионной оплаты долга через систему Qiwi. Она тоже есть на сайте. И сегодня в принципе, не выходя из дома, можно получить информацию о наличии долга и тут же с компьютера оплатить задолженность. В принципе это уже, как говорится, XXI век, это та идеология, к которой мы сегодня идем. Может быть, конечно, не все граждане готовы не только, так сказать, технически, может психологически. Пока мы еще все приближаемся к работе в виртуальном пространстве. Но в общем-то это будущее, наверно, достаточно близкое, когда подавляющее большинство проблем будут решаться в таком интерактивном пространстве, в порядке. Хотя продолжают действовать, конечно, системы банковских терминалов (они будут развиваться, безусловно), различных платежных терминалов, это, безусловно, система почты будет продолжать работать в плане возможности оплаты, особенно в сельской местности. Понятно, что не все сегодня на «ты» с компьютером. Конечно, мы продолжаем работать с мобильными операторами, сегодня развиваем систему уведомления через мобильную связь. Понятно, что мобильные операторы – они разные, различные есть системы. Стараемся сейчас как-то это унифицировать программирование все. Но тем не менее это есть и в Кировской области. В системе Северо-запада сейчас наиболее продвинутое в техническом варианте это взаимодействие с системой «Телеком». Хотя, сразу хочу сказать, что электронные наши достижения не исключают поиска каких-то иных средств в плане открытости для наших граждан. Тем более опять-таки повторюсь, граждане у нас разные и не все сегодня готовы в интерактивном пространстве общаться. Поэтому последнее ноу-хау – это книга отзывов и предложений, которая появится с 1 февраля в каждом отделе, где любой посетитель сможет оставить свой отзыв. Она унифицирована, одинакова по всей стране, порядок ее заполнения естественно свободный. Тем не менее она одинаковая, редакция, здесь есть пояснения. Она будет находиться на видном месте в канцелярии. Об этом будет информация на стенде специальном. То есть любой гражданин сегодня сможет оставить свой отзыв, предложения о работе чиновников Службы. Мне кажется это тоже важный такой сегмент повышения общественного контроля за деятельностью нашей Службы. Хотя, безусловно, продолжает совершенствоваться система интерактивной подачи жалоб, она есть вот тоже на сайте, можно в электронном виде подать жалобу. Естественно есть телефон доверия, который работает круглосуточно. Но опять-таки это система, которая не исключает, а дополняет весь комплекс мероприятий, который должен вести к большей открытости Службы.

Вообще наш сайт по итогам прошлого года по анализу, проведенному министерством экономического развития на 2010 год, занял четвертое место среди органов исполнительной власти. Мы очень серьезно поработали, конечно, в минувшем году. И чтобы сделать его еще лучше, сейчас уж я не знаю, какое место мы возможно в конкурсе займем, но он, конечно, стал еще лучше. Поэтому достаточно, скажем так, информативный ресурс и конечно надо им пользоваться.

 

- Вы побывали в 40 регионах?

 

- В прошлом году я посетил 36 регионов. А вот этот год начинаю с Кирова, где я ни разу не был. И я считаю, что очень серьезный разговор уже состоялся сегодня на коллегии в первой части, где присутствовало и руководство региона и руководители правоохранительных органов местных. То есть я считаю, что мы очень серьезно поговорили. Польза будет для дальнейшей оптимизации дальнейшей деятельности не только Службы, но и достаточно большого количества государственных органов. Потому что есть общие проблемы. Так что это наверно основное, ну и плюс конечно тот ресурс законодательный, нормативный, который нам придется сейчас осваивать в плане оптимизации собственной деятельности. Я всегда говорю, когда меня спрашивают о каких-то новациях, что наши новации они исключительно в рамках правового поля, все наши новации есть в законе. То есть то, что закон нам предоставляет право, мы это осуществляем. Все остальное было бы наверно некорректно даже обсуждать. Я бы хотел отметить, что, во-первых, очень много вопросов было решено в прошлом году в плане оптимизации и синхронизации в сфере доступа к информации о должниках. Я считаю, что совершенно правильно были синхронизированы в этом плане 2 закона – закон о персональных данных и закон об исполнительном производстве; ряд специальных законов, такой как, закон о кредитных историях, ну и еще целый ряд нормативных документов. Поэтому здесь есть конечно какие-то определенные предпосылки для оптимизации нашей деятельности. Мне кажется, очень важны изменения в закон об исполнительном производстве, которые предоставили нам более четкие условия работы с банковскими счетами. Я считаю, что более четко теперь сформулирован порядок информирования между банком и судебным приставом, более четкий порядок замораживания соответствующих средств, накопления средств на банковском счету. Во многом это технические вопросы, может быть мало понятные простому обывателю, но, еще раз повторюсь, с точки зрения оптимизации нашей деятельности, конечно это достаточно серьезный аспект.  Ну и полномочия, которые сейчас на всех нас выходят: и розыск должника, и розыск ребенка и выдворение иностранных граждан, незаконно находящихся на территории России. Кстати первая практика уже пошла, достаточно оптимально работаем, никаких так сказать срывов сейчас не допускаем. Я думаю, что здесь будет оптимизация в целом государственной политики на этом направлении, потому что вводится очень серьезный процессуальный контроль в этой сфере, выстраивается вся схема этого выдворения, причем и процессуальная и фактическая, с момента возбуждения исполнительного производства, чего раньше не было. Исполнительное производство будет оканчиваться только тогда, когда будет получаться информация с пограничного органа о пересечении границы соответствующим лицом. Поэтому схема абсолютно прозрачна, она тоже будет видна и открыта на соответствующем сайте. И общественный контроль возможен за этой деятельностью абсолютно конкретный. Так что я считаю, что год очень сложный, но достаточно интересный впереди нас ждет.

 

- Вы на коллегии очень интересно ставили вопрос о координации всех служб, всех ведомств. Одна из проблем на Вятской земле – это поиск точных данных, где искать того или иного должника. Есть ли какая-то единая база? Как это будет координироваться дальше?

 

- Безусловно, учитывая ту сферу, которой мы занимаемся. Мы занимаемся в первую очередь исполнением судебных решений, которые очень часто инициируются различными государственными органами, в первую очередь прокуратурой. Понятно, что мы не можем здесь взаимодействовать равно как и в той ситуации, когда мы напрямую исполняем решения административных органов. Понятно, что мы обречены на взаимодействие, тем более надо понимать, что очень многие проблемы, которые всегда возникают на завершающем этапе, их родина в начале пути. Они заложены уже в самих недостатках процедуры,  там наложения штрафа так сказать, или подготовке того или иного заявления в суд (то есть как сформулировать исковые требования), поэтому нам конечно нужно общаться. По сути дела, когда мы сейчас говорили о нашей административной юрисдикции, то практически мы завершаем работу всех административных органов. Потому что неотвратимость административного наказания – вещь очень важная. Она регулирует в прямом смысле систему правопорядка. И в этом главная ее задача, а не фискальная плоскость. Хотя это тоже не маловажно, когда особенно в муниципальный бюджет поступают какие-то средства, где их всегда не достает. Но тем не менее главное, это конечно обеспечение задач по системе правопорядка. Если мы говорим о дорожном движении, то это безопасность: если мы не будем добиваться реального исполнения административных штрафов или каких-то других решений, понятно это будет сказываться на безопасности движения. И так в любой сфере безопасности, будь то экология, санитария, техногенные вопросы. Ну сейчас стали мы закрывать шахты в Кемерово, я только что там был в декабре. Это наверно правильная процедура. Не ждать пока там возникает трагедия. И очень многие трагедии, как раз которые возникают в сфере безопасности, любые, или обрушивается коллектор или какая-то лестница в школе… это связано с тем, что где-то не доработана система административного контроля, система административной юрисдикции, которая в принципе и предписана предотвращать подобные факты. И конечно, когда уже возбуждаются уголовные дела (то есть эти нарушения повлекли последствия, как правило, это гибель людей), наверно до этого не нужно доводить ситуацию. Как раз мы об этом и говорили с точки зрения нашей координации, что мы должны более эффективно, предметно здесь работать, и важно, чтобы человек понимал, за что он наказан и чтобы он понес это наказание. Может быть, должна быть безусловно процедура обжалования, совершенно понятно, она есть. Либо ты обжалуешь, либо ты исполняешь требования закона. Поэтому мы говорили о координации. Что касается розыска, я уже об этом говорил сегодня, вся структура исполнительно-процессуального розыска, который по сути создан-то новым законодательством в конце декабря минувшего года. Сама система розыска исполнительно-процессуального создается. Мне кажется она достаточно функциональная и обречена на какую-то эффективность в перспективе. Безусловно, мы совместили вот эти нормативные изменения с разработкой нового автоматизированного комплекса, который сейчас внедряется по всей стране, который очень функционален и на который в первую очередь будет возложена задача формирования интерактивного так сказать сбора соответствующей информации из различных источников. Это и налоговая служба, и пенсионный фонд и в законе сейчас отражена возможность обмена оперативной информацией с органами внутренних дел, поэтому мы конечно сейчас будем формировать. Он сегодня уже конечно действует, но конечно в рамках нового правого поля это будет более предметно, более эффективно уже работать. И здесь в Кировском регионе кстати достаточно серьезно развиты эти вопросы. То есть наша задача, чтобы система работала интерактивно, чтобы сама процедура возбуждения исполнительного производства автоматически сопровождалась, как это сейчас и происходит, уже сбором информации из максимально возможного количества источников. Это могут стать бюро кредитных историй, банки (у нас есть сейчас соглашения с ВТБ24, мы работаем еще с рядом крупных банков), чтобы все это влить в интерактивную плоскость. Чтобы пристав получал на экране уже полный спектр информации и максимально возможный. Может быть ваш вопрос связан с тем, когда мы создадим единый регистр, куда бы стекалась информация. Конечно, это было бы желательно. Такой опыт есть в целом ряде европейских стран. Ну наверно для нашей страны это серьезная задача, потому что учитывая размеры и проблема наверное. То что она будет в каком-то обозримом будущем решаться, наверно сама жизнь заставит это создавать. Равно как сейчас мы говорим, что наверно назрела необходимость и создания единого электронного адреса для человека, чтобы не бегать его не искать. Как сейчас вот. Как тот корреспондент, в Вологде зарегистрирован, живет в Москве. Наверно было бы удобно, если бы у него был какой-то адрес, с которого его можно было бы в электронном порядке найти. Поэтому это наверно задача будущего. И наверно не задача Службы как таковой, это задача наверно государства и правительства. Но будем надеяться, что сам факт развития нашего показывает, что мы двигаемся в этом направлении достаточно успешно и достаточно поступательно.

 

- Вы уже несколько раз произнесли слово «оптимизация»  в связи с изменением в законодательстве. О чем конкретно идет речь, то есть, что можно оптимизировать в вашей структуре в связи с последними изменениями?

 

- Ну во-первых, работа с банками. Конечно, она сейчас станет более понятной, предметной, более эффективной, потому что фактически уходит возможность, например, увода денежных средств со счетов. Мы получаем юридический механизм перманентного ареста банковского счета до момента накопления этой суммы. То есть раньше если счет пустой, мы прекращали с работой, но на счет могут всегда поступить деньги. Поэтому меняется вот эта схема.

Доступ к информации. Сегодня, мне кажется, мы многие вопросы дискуссионные убрали из нашей деятельности. Мы теперь работаем уже, мне кажется совершенно в нормальном режиме, с нашими сотовыми операторами, и с банками теми же самыми. Потому что многие вопросы уже ушли из сферы дискуссии. И нам сейчас проще налаживать сам потенциал собственный. Конечно, мне кажется, полномочия, связанные с административными приводами в суды, они позволят нам оптимизировать в целом работу по взысканию штрафов, которые наложены судами, потому что более система административной юрисдикции судебной конечно будет способствовать, мне кажется, опять-таки добровольной оплате соответствующих наказаний, штрафов. Здесь достаточно много можно говорить, законов принято много.

 

- То есть речь не идет о структурных каких-то преобразованиях?

 

- Нет, почему. Есть и структурные изменения, например, в рамках последних изменений предполагается сейчас и создано юридическое поле для этого – создание специального подразделения исполнения в рамках центрального аппарата, где будут сконцентрированы наиболее сложные, наиболее резонансные исполнительные производства. Поэтому можно говорить о структурных изменениях, достаточно серьезных. Я считаю, что мы серьезно проработали функционал наших должностных лиц, очень серьезные изменения. Может быть, они понятны нашим работникам, очень серьезно поднят статус заместителя старшего пристава. Это в общем основная рабочая руководящая «лошадка», которая сегодня действует в структурных подразделениях. Мы в общем-то достаточно серьезный дали процессуальный статус этой фигуре, тем самым освободив очень серьезно от нагрузки такой рутинной процессуальной старшего судебного пристава, начальника районного подразделения. Для Службы это очень важное структурное изменение, потому что оно позволит более оптимально обеспечивать процессуальный контроль за деятельностью конкретного рядового судебного пристава-исполнителя. Я считаю, что очень важный момент, связанный с повышением  требований к статусу судебного пристава-исполнителя, то есть мы ввели очень жесткий ценз образовательный. Мы получили отсрочку на 3 года до декабря 2014 года, это время пройдет очень быстро, но мы получим. Конечно это должно сопровождаться каким-то социальным сопровождением в плане оптимизации социального статуса судебного пристава. Но мне кажется, это абсолютно бесспорно, что должностное лицо, которое занимается исполнением судебных решений, конечно, должно иметь высшее образование. В общем-то до сегодняшнего дня мы оставались единственной страной в Европе, где были такие низкие образовательные требования к цензу судебного пристава. Это очень важная процессуальная фигура на самом деле. Не надо забывать, что в рамках правового поля, практики европейского суда, я не говорю уже о нашем законодательстве. Конечно, исполнительное производство – это завершающая стадия судебного процесса, кстати, очень часто, наиболее сложная по всем аспектам. И конечно я думаю, что отвечать за эту стадию должно очень серьезное должностное лицо и ответственное должностное лицо. Поэтому повысился не только статус образовательного ценза но и требования к законопослушности судебного пристава, то есть теперь уже сейчас исключен прием на работу лиц, которые не только официально имеют какие-то проблемы с законом, но и в прошлом были судимы или привлекались к уголовной ответственности с не реабилитирующими последствиями. Мне кажется, это тоже очень важно, потому что всё таки, когда мы приходим к судебному приставу, который восстанавливает справедливость, мы должны быть уверены, в том, что это гражданин, который в прошлом себя ничем не запятнал с точки зрения конфликта с законом, тем более уголовным. Поэтому мне кажется, что это своевременное явление.

 

- Артур Олегович, Вы сейчас были на  совещании, где в принципе были все силовые структуры, с которыми взаимодействуют судебные приставы. Какого Ваше впечатление? В чем плюсы и минусы работы именно Кировских судебных приставов?

 

- Да в общем-то проблемы, наверное, везде одинаковы. Действительно есть вопрос по линии взаимодействия с ГИБДД. Может быть с Федеральной миграционной службой здесь достаточно оптимально работа налажена, достаточно неплохо. Везде есть поступательное движение, со всеми. Мы, конечно, не стоим на месте. Мы очень много говорили о нашем взаимодействии с ГИБДД, о том, что здесь у нас еще очень много есть пока шероховатостей совместных, но это актуально для всей России. Таких вот особых каких-то проблем я не увидел. Они есть, безусловно, очень серьезные проблемы, но каких-то особых позиций я не отметил. Плюсы: ФМС понравилось мне, достаточно неплохо здесь у них, МЧС. В принципе те органы, с которыми мы в целом на федеральном уровне неплохо взаимодействуем. Они и по России достаточно поступательно двигаются.

 

- Вы вчера встречались с архиепископом Марком. Встреча получилась? Какие договоренности у вас состоялись и чего Вы ждете от церкви в плане работы судебных приставов?

 

- Вы знаете, во-первых, наверно сложно вообще говорить о каких-то договоренностях, тем более юридических, когда мы говорим о нашем общении с конфессиями, не только православными. У нас действительно есть протокол о намерениях, который несколько лет назад был подписан между Службой и московским патриархатом. Сейчас мы такой же протокол готовим с нашей мусульманской конфессией, с Верховным Муфтием России. Практически уже готов к подписанию такой же протокол, примерно такой же, потому что все равно есть какие-то нюансы в плане любой конфессии, наверно. Хотя понятно, что гораздо больше общего. Как никогда сегодня настало то время, когда очень важно поставить на одну плоскость два понятия «право» и «нравственность». Право не может быть безнравственным. И исполнение закона должно находиться в нравственной плоскости. И не исполнение закона находится в плоскости безнравственности, я вот так философски постарался на ваш вопрос ответить. Знаете, на самом деле, мы должны понимать, что самая сложная ситуация, когда восстановление законности достигается исключительно методом принуждения. Это говорит о каком-то наверное конфликте внутри общества. Поэтому мы должны использовать максимальные ресурсы, направленные на воспитание, скажем так, добровольного правомерного отношения к своим обязанностям. Чтобы мы как можно меньше каких-то проблем выводили в плоскость конфликта. Вот вы знаете, здесь конфессии очень серьезно нам помогают в этом вопросе. По крайней мере, мы ничего не теряем, когда к нашим правонарушителям, это могут быть должники по алиментам в первую очередь, так сказать, это могут быть лица, которые привлекаются к ответственности по различным нарушениям опять-таки на добровольной основе. Нет такого понятия как «принудительный привод» и никогда не будет. Мы не можем принудительно человека доставить в церковь или в мечеть. Это абсурд полный. Не надо даже об этом говорить, но если скажем вообще эти люди, которые сегодня находятся очень часто в какой-то социальной дезориентации, они очень часто готовы к такому диалогу. Может быть, даже они стремятся к этому диалогу. К сожалению, очень часто некоторые попадают в не самые хорошие ситуации, под действием секты определенной. Потому что человек находится в состоянии тяжелом. Вы думаете, человек, который не платит ребенку средства, он в своем большинстве случаев внутри не понимает, что это проблема духовная? Конечно, понимает. Поэтому очень часто достаточно много людей добровольно остаются или приходят и не уходят, по крайней мере. Есть те, кто уходят. Бывают случаи: пришел Батюшка, начал разговаривать, а человек встает и уходит. Но это его право абсолютно. Многие дослушивают. Вы знаете, я бы так сказал, что точно учитывая нашу беседу с архиепископом Марком вчера, я считаю, что священника надо слушать иногда. Даже не в силу каких-то конфессиальных убеждений, но это просто немножко разговор в другой плоскости.

 

- Значит теперь наши батюшки будут призывать в проповедях платить алименты?

 

- Во-первых, батюшки всегда к этому призывали. Потому что вообще-то обязанность заботиться о своем ребенке – это наверно обязанность, которая, если вы почитаете священное писание или Коран, наверно совершенно очевидно, что если ты не заботишься о своем ребенке, ты совершаешь не богоугодное дело. Поэтому проповеди священников они где-то идут в канве. Вы знаете, что имея долги нельзя совершить Хадж мусульманский. Поэтому все достаточно взаимосвязано в этом плане. Действительно, как ты можешь совершать Хадж, если ты не решил свои проблемы, вообще паломничество, в том числе и не обязательно мусульманское. Если мы вот так сводим на какие-то конфессиональные, так сказать, вопросы. Ты имеешь обязательства достаточно земные, ты с чем идешь, так сказать к Богу? Поэтому здесь много вопросов, конечно, для обсуждения. И конечно они лежат в плоскости наверно больше нравственной. Батюшки уже давно общаются с нашими клиентами, с нашими сторонами, и очень эффективно общаются. И по-разному происходят. Где-то мы вместе с ними решаем вопросы элементарного трудоустройства, нам помогают в трудоустройстве. Причем, не только при церкви ведь есть рабочие места. У нас есть в Рязани один район, где Батюшка бывший десантник. Он собрал таких вот ребят, которые не платят алименты, и они у него ремонтируют церковь. А зарплату он их напрямую, без всяких процентов отдает женам их, бывшим, настоящим. Это сегодня вне рамок правового поля. Жалоб нет, по крайней мере. Они все довольны. И жены довольны, и церковь ремонтируется, и эти ребята, так сказать, не всегда социально ориентированные, у них меньше времени заниматься пьянством, так сказать разгулом и другими непотребными делами. Они церковь ремонтируют. Может кто-то там при ней и останется. Это плохо? Хорошо, конечно.

 Мы взяли только алименты, как наиболее такой очень нравственный аспект нашей деятельности, когда мы говорим о заботе о детях. Мы посчитали, что… ну сложно, потому что мы не можем все случаи отметить, потому что сидит 40 человек, кто-то пошел трудоустроился после разговора со священниками, кто-то пошел встал в центр занятости на учет, кто-то принес какую-то небольшую сумму, кто-то просто пошел к своему ребенку. Такие случаи постоянно возникают. Есть случаи, когда квартиры переписывают на ребенка после контакта. Но то, что мы посчитали, вот 2,5 тысячи детей полностью получили возмещение всех долгов на сумму 10 млн.рублей, исключительно после контакта нашего должника со священником. Вот это мы смогли посчитать, когда попросили наши регионы – дайте такие факты очевидные, когда вот батюшка встретился с должником и всё. Приходит женщина, забирает исполнительный лист или полностью дело прекращается в силу возмещения ущерба. Две с половиной тысячи таких случаев. Много это или мало? Наверно, как посмотреть. Слеза одного ребенка, наверно, уже стоит того, чтобы нам этим заниматься. Мне кажется, немало. А сколько невозможно посчитать таких случаев, как я вам сказал про Рязань, наверно, их гораздо больше. Ну и самое главное, еще раз повторюсь, мы ведь используем не только какие-то возможности наших конфессий, но и общественных организаций. Вот в Северной Осетии очень активно работает Совет старейшин. Они очень активно помогают. Они занимаются воспитательной работой, находят должников через свои землячества в России по алиментам, и где-то даже принимают решения о возмещении долгов, так сказать, за счет семьи. Что в этом плохого? Поэтому, наверно есть вещи, которые нужно решать всем обществом, и надо понимать о том, что проблема алиментов, проблема детей, оставшихся без заботы родителя – это не проблема только судебных приставов. Наверно, в меньшей степени это проблема судебных приставов, потому что нельзя эту проблему, тем более, сводить к уголовной ответственности, это было бы вообще неправильно. Это проблема всего общества, в том числе и средств массовой информации, которые должны об этом говорить. О том, что такая проблема есть и о том, что это неправильно, о том, что это позорно, о том, что это прискорбно. Это не геройство, когда человек бегает от своего ребенка.

 

 

 

Время создания/изменения документа: 17 апреля 2012 10:06 / 17 апреля 2012 10:08

Версия для печати